Нью-Йорк, 15 сентября 2000 г.

ПОДРОБНЫЙ ОТВЕТ ТРАНСНАЦИОНАЛЬНОЙ РАДИКАЛЬНОЙ ПАРТИИ НА РЕШЕНИЕ КОМИТЕТА ПО НЕПРАВИТЕЛЬСТВЕННЫМ ОРГАНИЗАЦИЯМ ОТНОСИТЕЛЬНО ЕЕ КОНСУЛЬТАТИВНОГО СТАТУСА

В письме от 31 июля 2000 г. м-м Ханифа Мезуи (Hanifa Mezoui), возглавляющая секцию НПО / DESA, обратилась к Транснациональной радикальной партии (ТРП) с просьбой представить подробный ответ на решение, принятое 23 июня 2000 г. Комитетом по неправительственным организациям ("Комитет") относительно консультативного статуса ТРП, а также на письменные обоснования этого решения.

Настоящим представляем подробный ответ.

1. РЕЗЮМЕ

1.1. Раздел Отчета Комитета по неправительственным организациям (часть II) ("Отчет"), присланный ТРП Руководителем Секции НПО / DESA (являвшийся тогда проектом этого документа, а в настоящий момент представляющий собой Е/2000/88 (часть II), параграфы с 101 по 117), не составляет "письменных обоснований для решения" Комитета в том смысле, как это установлено Статьей 56 Резолюции ЮНЕСКО 1996/31.

1.1.1. Задача дать ответ на решение Комитета представлялась весьма трудной, так как в своих письменных обращениях Комитет не представил ТРП каких-либо конкретных оснований или заключений для решения, принятого Комитетом 23 июня 2000 г. Как указывается в Предварительном Ответе ТРП от 18 июля 2000 г., ТРП не понимает, как неубедительный итоговый отчет о 759-м, 760-м и 763-м заседаниях Комитета может составлять письменное обоснование для рекомендаций Комитета в смысле параграфа 56 Резолюции 1996/31.

1.1.2. В соответствии с запросом г-жи Мезуи ТРП тем не менее попытается детально ответить на все обвинения и вопросы, поднимаемые в Отчете.

1.2. Иск не подкреплен доказательствами и тем самым должен быть отклонен.

1.2.1. Следует напомнить, что письмо с иском делегации Российской Федерации от 16 мая 2000 г. содержит два обвинения:

во-первых, в нарушении ТРП Параграфа 57 (а) Резолюции ЭКОСОС 1996/31, выразившемся в том, что она аккредитовала и предоставила слово г-ну Идигову; в заявлении г-на Идигова, что он является представителем Президента Масхадова; в том, что в заявлении ТРП, распространенном г-ном Идиговым, имела место пропаганда идей, полностью несовместимых с целями и принципами Устава ООН;

во-вторых, в нарушении Параграфа 57 (b) Резолюции ЭКОСОС 1995/31, выразившемся в ведении антипрогибиционистской кампании.

1.2.2. Соответствующие положения статьи 57 Резолюции 1996/31 устанавливают следующее:

Консультативный статус неправительственных организаций при Экономическом и Социальном Совете приостанавливается на срок до трех лет либо организация лишается этого статуса в следующих случаях:

(а) если организация непосредственно или через своих ассоциированных членов либо действующих от ее имени представителей недвусмысленно злоупотребляет своим статусом путем участия в действиях, противоречащих целям и принципам Устава ООН, включая необоснованные или политически мотивированные действия, направленные против Государств-Членов ООН, несовместимые с этими целями и принципами;

(b) если имеются обоснованные доказательства того, что организация находится под влиянием средств, источником которых является деятельность, признанная преступной мировым сообществом, такая как незаконная торговля наркотиками, отмывание денег или незаконная торговля оружием;

1.2.3. В процессе устных обсуждений делегация Российской Федерации добавила к этим двум формальным обвинениям, выдвинутым против ТРП, еще два:

в первом утверждалось, что ТРП нарушила принципы Конвенции о правах ребенка;

второе заключалось в утверждении, что ТРП является не НПО, а политической организацией.

1.2.4. Исходя из принципов справедливого судопроизводства, необходимо было бы потребовать, чтобы делегация Российской Федерации представила эти обвинения официально, в письменном виде и заблаговременно перед заседанием Комитета. Вследствие этого ТРП полагает, что эти обвинения не должны рассматриваться Комиссией. Если же таковое рассмотрение все же состоится, данные обвинения должны удовлетворять требованиям Резолюции ЭКОСОС, как установлено выше, в пункте 1.2.2.

1.2.5. ТРП со всем уважением полагает, что:

осуществленная ТРП аккредитация г-на Идигова была произведена в соответствии с соответствующими правилами и процедурами, и ТРП не нарушила Параграф 57 (а) резолюции 1996/31, аккредитовав его и попросив выступить от своего имени;

то, как г-н Идигов представился, было ошибкой, однако это не является нарушением Параграфа 57 (а) Резолюции 1996/31;

идеи, высказанные ТРП на 56-й Сессии Комиссии ООН по правам человека, не противоречат целям и принципам Устава ООН и не нарушают Параграф 57 (а) Резолюции 1996/31;

ТРП не финансируется и не находится под влиянием средств, полученных от деятельности, признанной преступной мировым сообществом, и не нарушила тем самым параграф 57 (b) резолюции 1996/31;

кроме того,

ТРП не нарушила принципы Конвенции о правах ребенка;

ТРП является НПО, соответствующей всем критериям для получения консультативного статуса при ЭКОСОС.

1.2.6. ТРП со всем уважением утверждает, что отчет доказывает, что в ходе имевших место до настоящего момента заседаний не было представлено ни одного доказательства, не говоря уже об обоснованных доказательствах, показывающих, что ТРП действительно нарушила статью 57(а) или (b) Резолюции 1996/31, как об этом заявила уважаемая делегация Российской Федерации. Напротив, отчет показывает, что представленные ТРП свидетельства ясно доказали, что все обвинения - включая те, которые делегация Российской Федерации включила дополнительно во время заседания Комитета - были необоснованны, за исключением неуместного заявления г-на Идигова о том, что он является представителем Президента Масхадова. Эту ошибку ТРП признала и принесла за нее извинения на сессии Комиссии по правам человека в Женеве, затем письменные извинения в своем предыдущем ответе Комитету и еще раз принесла устные извинения во время опроса представителя ТРП. Мы со всем уважением считаем, что представленные ТРП извинения должны были бы быть приняты Комитетом. ТРП искренне считает, что логически неизбежным было бы незамедлительно полностью отклонить иски.

1.3. Принципы справедливого судопроизводства требуют скорейшего отклонения иска

1.3.1. При сложившихся обстоятельствах ТРП не в силах понять, как и согласно каким принципам Комитет мог принять решение наказать ТРП, предложив ЭКОСОС приостановить на три года консультативный статус ТРП при ЭКОСОС. Комитет не представил обоснований своего решения, также никаких обоснований не было представлено ТРП. Необходимо еще раз подчеркнуть, что в Отчете о заседаниях сессий Комитета в действительности не указано, что по вопросу об обоснованиях для окончательной рекомендации было достигнуто согласие.

1.3.2. Параграфы 104-120 Отчета Комитета, которые, согласно письму г-жи Мезуи от 11 июля 2000, составляют письменные обоснования решения Комитета, не указывают, какие именно из обвинений, содержащихся в письменном иске, поданном уважаемым представителем Российской Федерации, или сообщенных им устно в ходе заседания Комитета, были признаны Комитетом обоснованными и подкрепленными доказательствами и тем самым представляющими собой нарушение параграфов 57 (а) и/или 57 (b) Резолюции ЭКОСОС 1996/31.

1.3.4. ТРП со всем уважением считает, что явилось бы нарушением основных принципов справедливого судопроизводства и самой Резолюции 1996/31 решение Комитета рекомендовать, а ЭКОСОС - принять решение приостановить консультативный статус ТРП или наказать ТРП каким-либо иным образом, если только Комитет и ЭКОСОС не убеждены, что имеются обоснованные доказательства того, что ТРП действительно нарушила Параграфы 57(а) и 57(b) Резолюции 1996/31, и если они могут и желают указать, какие именно действия ТРП явились таковыми нарушениями и почему именно такое наказание оправдано в этом конкретном случае.

1.3.5. ТРП считает, что если решение будет принято Комитетом и подтверждено ЭКОСОС, невзирая на основные принципы справедливого судопроизводства, это явится абсолютно неверным сигналом для сообщества неправительственных организаций и всех, кто верит в значимость органов и механизмов ООН в сфере прав человека. НПО тем самым были бы предупреждены, что даже в сфере прав человека и социальной справедливости им не позволено публично критиковать отдельные правительства или поддерживать кампании, которые эти правительства не одобряют. Это означало бы, что даже на Комиссии по правам человека ООН серьезно ограничила бы свободу слова, которую призваны гарантировать механизмы ООН, составляющие Международный Билль о Правах. 2. ПОДРОБНЫЙ ОТВЕТ

Не отказываясь от высказанного выше мнения, ТРП выполнит запрос Комитета и представит ему подробный ответ на его решение от 23 июня 2000 г. и на соответствующие параграфы Отчета о сессии Комитета, пересланные ТРП г-жой Мезуи по факсу 11 июля 2000 г.

В отсутствие конкретных обоснований в смысле параграфа 56 Резолюции 1996/31, ТРП чувствует себя обязанной дать ответ на каждый раздел Отчета Комитета, относящийся к делу ТРП, и тем самым на все обвинения, выдвинутые против нее, даже рискуя излишне повторяться. ТРП также вновь приводит, как часть своего подробного ответа, свои ранее представленные Комитету документы, датированные 18 июля 2000 г., включающие в себя особый меморандум (Приложение 1), а также заявление по вопросу о правах ребенка, представленное на 56-й сессии Комиссии ООН по правам человека (Приложение 2).

2.1. ТЕКСТ ОТЧЕТА (ПАРАГРАФЫ 101-104)

Параграфы 101-104 содержат изложение иска уважаемой делегации Российской Федерации и отчет о первоначальном ответе ТРП на этот иск. Ответ на эту часть будет дан в первую очередь. Также будет в необходимой степени дан ответ на другие параграфы Отчета. Подробный ответ на эти параграфы будет приведен позже.

2.1.1. Параграф 101

Параграф 101 содержит следующие пункты:

2.1.1.1. Цитируется письмо с иском делегации Российской Федерации, информирующее Председателя Комитета по НПО о том, что ТРП "аккредитовала представителя чеченских сепаратистов и террористов, которому было предоставлено слово на 56-й сессии Комиссии по правам человека и который представился как "представитель Президента Чечни в Европе и ООН".

2.1.1.2. Далее в этом параграфе приводится следующее заявление из этого же письма: "Российская Федерация утверждает, что этот человек вел от имени ТРП пропаганду идей, полностью несовместимых с целями и принципами Устава ООН".

2.1.1.3. Далее цитируется письмо Российской Федерации в той его части, где утверждается, что "предоставив свое знамя тем, кто несет ответственность за широко распространенную практику взятия заложников, работорговлю, использование рабского труда, грабежи, пытки и суммарные казни, ТРП серьезно нарушила свои консультативные отношения с ЭКОСОС, оговоренные в параграфе 57 (а) резолюции ЭКОСОС 1996/31".

2.1.1.4. Параграф 101 переходит к той части письма российской делегации, в которой заявляется, что "изучение прочих видов деятельности ТРП показало, что недавний инцидент в Женеве был не единственным нарушением этой организацией правил, регулирующих отношения между ООН и НПО. В своем отчете за истекший четырехлетний период, датированном 9 мая 2000 г., ТРП упоминает, что будучи ассоциированной при Совете организацией, она занималась вопросами, связанными с международной наркоторговлей. В письме подчеркивается, что ТРП выступала за легализацию наркотиков путем проведения кампаний гражданского неповиновения, кампаний за распределение наркотиков и против антинаркотического законодательства".

2.1.1.5. В параграфе 101 изложен иск делегации Российской Федерации, содержащийся в письме от 16 мая 2000 г., однако не упомянуто, что в иске содержалось предположение, что проводимая ТРП кампания за "легализацию наркотиков", представляет собой нарушение параграфа 57(b) Резолюции 1996/31.

2.1.2. Параграф 102

2.1.2.1. Из параграфа 102 можно сделать вывод, что обвинения, о которых шла речь в параграфе 101, составили сущность обвинения против ТРП и обоснования требования российской делегации, чтобы Комитет принял меры для лишения ТРП консультативного статуса.

2.1.2.2. В параграфе 102 сообщается, что Комитет запросил письменный ответ ТРП на иск, распространенный Российской Федерацией и цитируемый в параграфе 101, с целью рассмотрения этого ответа Комитетом в июне 2000 г.

2.1.3. Параграф 103

2.1.3.1. В этом параграфе говорится, что на своем 759-м заседании 21 июня 2000 г. Комитет имел в наличии ответ ТРП на иск против этой организации. Этот ответ был представлен в Комитет в соответствии с запросом, о котором говорится в параграфе 102.

2.1.3.2. Далее в параграфе 103 говорится, что в своем ответе "ТРП признала факт аккредитации г-на Идигова из Чечни, который говорил в своем выступлении о грубых, систематических нарушениях прав человека, права на самоопределение и о необходимости положить конец конфликту путем переговоров. Он также призвал уважать мирный договор, заключенный между правительством Российской Федерации и представителями чеченского правительства в 1997 г".

2.1.3.3. Далее в параграфе говорится, что в ответе ТРП отмечается, что г-н Идигов "напомнил, что Президент Масхадов, его правительство и парламент Республики Чечня были законно избраны под международным контролем наблюдателей Организации по Безопасности и Сотрудничеству в Европе (ОБСЕ)".

2.1.3.4. Согласно параграфу 103, ТРП сообщает в своем ответе, что "насколько известно ТРП, г-н Идигов не является террористом и никогда не участвовал в какой-либо подобной деятельности. ТРП признает, что нарушения прав человека в чеченском конфликте имели место с обеих сторон", а также, что "г-н Идигов последовательно призывал к миру и прекращению насилия. Именно поэтому он являлся членом делегации ТРП в Женеве".

2.1.3.5. В заключение в параграфе отмечается, что в ответе ТРП говорится, что ТРП "привержена гандианскому принципу ненасилия, и для этой организации немыслимым явилось бы сознательно аккредитовать террориста". Таковая аккредитация стала бы нарушением ТРП Преамбулы ее Устава (Приложение 2).

2.1.3.6. В параграфе 103 отражена та часть ответа ТРП от 9 июня 2000 г., которая является ответом на обвинения по статье 57 (а), содержащиеся в иске, поданном уважаемым делегатом Российской Федерации.

2.1.4. Параграф 104

В этом параграфе говорится, что ТРП в своем ответе (о котором сообщается в параграфе 103) утверждает, что "не существует доказательств того, что ТРП получает какие-либо средства от незаконной торговли наркотиками", а также что ТРП никогда не выступала в поддержку свободного распространения психоактивных и психотропных веществ. "В действительности ТРП всегда выступала за необходимость предотвращения распространения этих веществ, за исправление последствий незаконной либерализации рынка наркотиков, а также гражданских, политических и социальных последствий недостатков в нынешней системе прогибиционистского законодательства. Кроме того, ТРП подчеркивает, что ее деятельность в ООН, связанная с проблемой наркотиков, всегда проводилась в соответствии с правилами и требованиями, относящимися к ее консультативному статусу". Действительно, ТРП всегда приглашалась на все заседания, организованные Программой ООН по контролю за наркотиками, включая Специальную Сессию Генеральной Ассамблеи ООН по наркотикам, на которой ТРП также распространила свое заявление, а также участвовала в других заседаниях Ассамблеи. (Приложение 4).

2.2. ОТВЕТ ТРП НА ПАРАГРАФЫ 101-104 ОТЧЕТА

2.2.1. Аккредитация г-на Идигова Транснациональной Радикальной партией была осуществлена в соответствии с правилами.

Как констатировалось в параграфе 103, ТРП признала, что осуществила аккредитацию г-на Ахъяда Идигова, в настоящее время являющегося депутатом законно избранного чеченского Парламента и членом ТРП, и предоставила ему слово от своего имени на 56-й сессии Комиссии по правам человека. ТРП считает, что, аккредитовав г-на Идигова, она не нарушила никаких правил, процедурных требований и принципов, регулирующих ее Консультативный Статус. НПО имеют на это право, а некоторые члены Комиссии по правам человека даже побуждают НПО представлять заявления, распространяемые лицами, являющимися пострадавшими или непосредственно знакомыми с конкретной ситуацией, связанной с нарушениями прав человека, основываясь на том, что подобная практика может предоставить новую информацию и привнести глубинное понимание проблемы в проходящие на заседаниях Комиссии дебаты. Что касается специальных дебатов по Чечне на 56-й Сессии Комиссии 12 апреля 2000 г., необходимо упомянуть, что многие делегации, представляющие как Членов, так и Наблюдателей Комиссии выразили свою признательность за присутствие г-на Идигова и сделанное им на пленуме заявление.

2.2.2. ТРП не нарушила Параграф 57 (а) резолюции 1996/31, аккредитовав г-на Идигова и попросив его выступить от своего имени.

2.2.2.1. Уважаемый делегат Российской Федерации заявил, что ТРП серьезно нарушила свои консультативные отношения с ЭКОСОС, как это установлено в параграфе 57(а) резолюции 1996/31, "предоставив свое знамя тем, кто несет ответственность за широко распространенную практику взятия заложников, использования рабского труда, работорговлю, грабежи, пытки и суммарные казни".

2.2.2.2. Как указано в Ответе ТРП на Иск от 9 июня 2000 г. и задокументировано в параграфе 106 Отчета о Сессии Комитета, "насколько известно ТРП, г-н Идигов не является террористом и никогда не участвовал в какой-либо подобной деятельности. ТРП признает, что нарушения прав человека в чеченском конфликте имели место с обеих сторон. Г-н Идигов последовательно призывал к миру и прекращению насилия, и именно поэтому он являлся членом делегации ТРП в Женеве". Также выше уже указывалось, что ТРП "привержена гандианскому принципу ненасилия, и для этой организации немыслимым явилось бы сознательно аккредитовать террориста"; выступление от ее имени лица, признающего насильственные действия, стало бы нарушением ее основных принципов.

2.2.2.3. ТРП не известно о каких-либо доказательствах того, что г-н Идигов был когда-либо связан с практикой взятия заложников, использования рабского труда, работорговли, грабежей, пыток или суммарных казней. Если бы ТРП стали известны подобные доказательства, ТРП не аккредитовала бы г-на Идигова на 56-й Сессии Комиссии ООН по правам человека.

2.2.2.4. Некоторые насильственные действия, перечисленные делегацией Российской Федерации, несомненно имели место в Чечне и близлежащих регионах. Относительно того, кто несет ответственность за эти действия, имеется много домыслов и противоречивой информации. Некоторые, несомненно, были осуществлены чеченцами, некоторые - российскими войсками, некоторые - третьими лицами. ТРП безусловно осуждает эти акты насилия, независимо от того, кто именно совершил их.

2.2.2.5. Г-н Идигов является депутатом чеченского Парламента, но не является сотрудником администрации Президента Масхадова. Он был избран депутатом на демократических выборах, проведенных согласно договору с правительством Российской Федерации под международным контролем наблюдателей ОБСЕ, членом которой является и Российская Федерация. На тех же самых выборах был избран и сам г-н Масхадов. И Президент, и Парламент Чечни были признаны Правительством Российской Федерации, ОБСЕ и членами международного сообщества в качестве законных представителей Чечни, независимо от различия мнений относительно точного статуса этого региона.

2.2.2.6. Насколько известно ТРП, г-н Идигов последовательно выступал против войны и открыто выражал свое мнение. Он поддерживал мирный договор, подписанный г-ном А.Масхадовым и Президентом Борисом Ельциным в 1997 г., и неоднократно призывал к его выполнению. Это доказывается также статьей, опубликованной в газете "Лос-Анджелес Таймс" 5 января этого года (включено в качестве Приложения 5). В этой статье он призывает к тому, чтобы "международные законы применялись и проводились в жизнь единообразно и без дискриминации. Это, - пишет он, - более, чем какая бы то ни было политика умиротворения, будет способствовать миру и стабильности во всем мире".

2.2.2.7. Г-н Идигов и другие избранные чеченские лидеры принимались правительствами многих демократических стран, поскольку эти правительства также считали, что необходимо выслушать их точку зрения. Недавно г-н Идигов посетил Соединенное Королевство, Францию, Италию, Бельгию, Соединенные Штаты и Германию в поисках поддержки мирных переговоров. ТРП верит в необходимость выслушивать различные точки зрения и предоставлять им возможность быть услышанными на таких важных форумах, как Комиссия ООН по правам человека. Конечно, можно не соглашаться с высказанными взглядами. Тем не менее, важно выслушать все точки зрения, когда речь идет о таких важных вопросах, как война и нарушения прав человека.

2.2.2.8. ТРП считает необходимым поднимать вопрос о нарушениях прав человека, совершенных против чеченского народа в ходе имеющего там место вооруженного конфликта. Г-н Идигов из первых рук знает о ситуации в Чечне, его статус и его выступления в поддержку мирных переговоров представлялись нам достаточными основаниями, чтобы пригласить его в качестве докладчика поднять этот вопрос на сессии Комиссии ООН по правам человека от имени ТРП.

2.2.2.9. Если чеченцам не будут предоставлять слово на таких форумах под предлогом того, что любой чеченский лидер является террористом, это окажет плохую услугу делу защиты прав человека. ТРП вновь повторяет, что если появятся неизвестные ей в данный момент сведения, которые доказывали бы, что г-н Идигов действительно имеет отношение к практике взятия заложников, использования рабского труда, работорговли, грабежей, пыток или суммарных казней, в этом случае ТРП принесет свои искренние извинения за приглашение г-на Идигова участвовать в качестве члена своей делегации на заседании Комиссии по правам человека. На данный момент вниманию Комитета не было представлено никаких конкретных доказательств по этому вопросу.

2.2.2.10. ТРП не считает, тем не менее, что приверженность к какому-либо конкретному политическому движению или правозащитной организации, а также членство в парламенте какой-либо страны или региона могут служить достаточным основанием для возложения на отдельное лицо ответственности за все без исключения действия, совершенные в этом регионе, даже если некоторые из них могли быть совершены лицами, ассоциирующими себя с правительством или вооруженными силами этой страны или региона. ТРП верит в общий принцип индивидуальной ответственности.

2.2.2.11. Г-н Идигов считает, что война против чеченцев неправедна и должна быть прекращена. Он также выступает против любых нарушений прав человека, независимо от того, кто их совершает, но он также считает, что его долгом является говорить о нарушениях, совершенных Россией против его народа, чеченцев. Он имеет право придерживаться этих взглядов и высказывать их, а другие люди имеют право выслушивать и разделять их. ТРП разделяет эти взгляды и, тем самым, считает, что приглашение г-на Идигова представить их от имени ТРП на сессии Комиссии по правам человека было вполне уместным.

2.2.2.12. Вновь необходимо отметить, что ТРП была не единственным участником сессии Комиссии по правам человека, поднимавшим вопрос о правах человека в Чечне. В действительности многие Государства-Члены ООН и НПО выступали по этому вопросу, и некоторые - значительно более резко, чем ТРП. Частично в результате всех этих выступлений подавляющим большинством голосов Членов Комиссии на 56-й сессии Комиссии ООН по правам человека была принята резолюция по ситуации в Чечне.

2.2.2.13. По всем вышеизложенным причинам ТРП считает, что она не нарушила параграф (а) Резолюции 1996/31, аккредитовав г-на Идигова и по своей собственной воле попросив его выступить на 56-й сессии Комиссии по правам человека.

2.2.3. То, как г-н Идигов представился, было ошибкой, но не представляло собой нарушения Резолюции 1996/31.

2.2.3.1. ТРП признала, что г-н Идигов заявил, что является представителем Президента Масхадова. И г-н Идигов, и ТРП как организация открыто признали, что со стороны г-на Идигова была ошибкой заявить, что он является представителем Президента Масхадова на сессии Комиссии по правам человека, поскольку регламент проведения таких сессий требует, чтобы все лица, выступающие от имени делегаций-наблюдателей НПО, выступали от имени только этих организаций и не выступали от имени любых других организаций или лиц. После замечания по порядку ведения, сделанного российской делегацией, г-н Идигов немедленно публично извинился за это во время своего выступления на самой сессии Комиссии, и извинение было принято Председательствующим на сессии. ТРП вновь извинилась за это неподобающее заявление в своем представлении Комитету по Неправительственным Организациям и затем еще раз устно извинилась на сессии Комитета 21 июня 2000 г. (Приложение 6, расшифровка стенограммы соответствующих частей выступления ТРП, пленка может быть предоставлена по запросу).

2.2.3.2. Необходимо отметить, что опрометчивость г-на Идигова, за которую ТРП несет полную ответственность, не представляет собой нарушения параграфа 57 (а) Резолюции 1996/31. Параграф 57 (а) требует, чтобы Консультативный Статус НПО был приостановлен, "если организация непосредственно или через своих ассоциированных членов либо действующих от ее имени представителей недвусмысленно злоупотребляет своим статусом путем участия в действиях, противоречащих целям и принципам Устава ООН, включая необоснованные или политически мотивированные действия, направленные против Государств-Членов ООН, несовместимые с этими целями и принципами". Когда происходят ошибки, подобные совершенной ТРП на 56-й Сессии Комиссии ООН по правам человека, вопрос обычно считается исчерпанным после того, как Председательствующий на заседании принимает извинения провинившейся стороны. Именно таким был вопрос, касающийся ТРП.

2.2.4. Идеи, высказанные ТРП на 56-й Сессии Комиссии ООН по правам человека, не противоречат целям и принципам Устава ООН и не нарушают Параграфа 57 (а) резолюции 1996/31.

2.2.4.1. Обвинение, высказанное уважаемой делегацией Российской Федерации, заключающееся в том, что г-н Идигов "от имени ТРП пропагандировал идеи, полностью несовместимые с целями и принципами Устава ООН", могло бы, будучи доказанным, составить нарушение Параграфа 57 (а), если бы представляло собой действие, противоречащее Принципам Устава ООН. Однако Отчет не содержит никаких доказательств подобных действий.

2.2.4.2. Какие же "идеи" г-н Идигов "пропагандировал" от имени ТРП? Проанализируем их и убедимся, являются ли эти идеи "полностью несовместимыми с целями и принципами Устава ООН" или нет.

2.2.4.2.1. 12 апреля 2000 г., в связи с визитом г-жи Мэри Робинсон (Mary Robinson), Верховного Комиссара ООН по правам человека, в Чечню, Комиссия ООН по правам человека созвала специальные дебаты по этому вопросу. В этот день г-н Ахъяд Идигов выступил на пленуме от имени ТРП, заявив, что "после визита г-жи Робинсон весь масштаб нарушения Россией международного права в этом регионе Европы стал ясен всему миру".

Поскольку Верховный Комиссар посетила Чечню, а Комиссия решила провести на своей 56-й Сессии специальные дебаты по вопросу о Чечне, положение в этом регионе, несомненно, являлось предметом озабоченности всего международного сообщества, а не только объектом внимания НПО.

2.2.4.2.2. В заявлении ТРП говорится: "Длительность - с 1991 г. - и масштабность этого процесса приняли опасный характер. На территории всей Российской Федерации чеченцы подвергаются преследованиям из-за своего этнического происхождения, а на территории Чечни их просто убивают без суда, подвергая города и села бомбардировкам с применением тяжелого вооружения. Россия, достойный преемник Советского Союза, продолжает кровавую эпопею, начатую в Афганистане, продолженную затем в Литве, Карабахе, Азербайджане, Казахстане, Фергане, Таджикистане, Молдове, Абхазии, Ингушетии, Чечне... Этот список может пополниться, если на международном уровне не будет предпринято никаких действий, чтобы положить этому конец".

ТРП всегда привлекала внимание к обвинениям в нарушениях прав человека и последовательно подчеркивала необходимость расследования этих злоупотреблений посредством применения права на международном уровне. Многие из перечисленных ситуаций являлись в прошлом предметом озабоченности ТРП, поскольку там имели место нарушения прав человека.

2.2.4.2.3. После вступительной части следует сожаление по поводу того, что "начиная с 1991 г. международное сообщество безмолвствовало, позволяя беззаконию торжествовать в этой части мира. Сколько еще невинных жертв должно погибнуть? Сколько еще слез должны пролить дети и женщины, потерявшие свои дома и семьи? Чеченские беженцы лишены даже права на статус беженцев, как и свободы передвижения везде, включая Европу". Поистине, по сравнению с положением в любой другой части мира, на международном уровне уделялось крайне мало внимания ситуациям, подобным имевшим место в Грузии и позднее в Абхазии с 1991 по 1993 гг., в Ингушетии в 1992 г., в Приднестровье (Молдова) и других, перечисленных выше, а особенно в Чечне. Необходимо напомнить, что прошло достаточно много времени, прежде чем ООН сделала заявление о тяжелой ситуации в Чечне, между тем, война там началась в 1994 г.

2.2.4.4. В заявлении высказывается мнение, что "дискриминационная война и этнические чистки, ведущиеся Россией против чеченского народа, могут быть квалифицированы только как геноцид. Со стороны международного сообщества должна последовать соответствующая реакция". Не так давно на правительственном и неправительственном уровне велось много дискуссий по проблеме геноцида и необходимости наказания виновных в подобном преступлении. Этот вопрос является предметом серьезной озабоченности ООН, и, тем самым, попытка привлечь к нему внимание не может быть нарушением Устава ООН. Действительно, геноцид является одним из тех преступлений, которые непосредственно относятся к сфере компетенции двух существующих Международных Уголовных Трибуналов ООН и находящегося в стадии формирования Международного Уголовного Суда, чей Статут был недавно подписан Правительством Российской Федерации. Геноцид должен являться предметом международного внимания. Если какая-либо НПО или какое-либо правительство считают, что были совершены акты геноцида или действия, могущие быть квалифицированы как геноцид, они обязаны привлечь к этому внимание.

2.2.4.5. Далее в заявлении говорится: "Право чеченского народа на самоопределение является важным элементом стабильности и мира на Кавказе. Мы не можем игнорировать этот ключевой вопрос, стоящий за всеми действиями России против Чеченской республики Ичкерия и ее народа. В 1991 г., в соответствии с международными законами, законами Советского Союза и Российской Федерации, и декларацией о государственном суверенитете от 12 июня 1990 г., Чечня воспользовалась своим правом на создание своего собственного государства, как это сделали другие вновь созданные независимые пост-советские государства.

Это было сделано для обеспечения, с помощью международного сообщества, права чеченского народа на безопасное существование, нарушаемого Россией на протяжении 400 лет путем периодических депортаций и войн каждые 40-50 лет. Это право чеченского народа нарушается вплоть до сегодняшнего дня, что, если это будет продолжаться, может привести к полному истреблению чеченского народа".

Чеченцы, как многие другие народы, заявляют о своем праве на самоопределение, провозглашенном в Уставе ООН и Международном Билле о Правах. Чеченцы попытались воплотить в жизнь то, что считали своим правом, и именно это, более чем что бы то ни было еще, привело, начиная с 1994 г., к двум войнам в этом регионе. Опыт чеченцев показывает, что само их существование как народа неоднократно стояло под угрозой с тех пор, как этот регион был завоеван царской Россией. Сегодняшнее положение является продолжением этого исторического опыта. Принцип самоопределения является одним из фундаментальных столпов Устава ООН и признается в качестве права всех народов в первой статье обеих Международных Конвенций по правам человека. Можно спорить об определениях и применимости их в конкретных случаях, но высказывание мнения, что какой-либо народ обладает этим правом, определенно не может быть квалифицировано как "полностью несовместимое с целями и принципами Устава ООН".

2.2.4.6. Далее в заявлении говорится: "Необходимо отметить, что 12 мая 1997 г., после окончания последней российско-чеченской войны 1994-96 гг., Россия подписала договор о мире и сосуществовании с Чеченской республикой Ичкерия, основным принципом этого договора было установление отношений на основе международного права. Россия немедленно нарушила условия соглашения, изолировав Чечню от остального мира и создав условия для развития той ситуации, которую мы наблюдаем сегодня.

"Российские власти сделали все возможное для культивирования страха среди народов, живущих в пределах Российской Федерации, для того, чтобы оправдать войну против чеченского народа, чтобы одержать победу на президентских выборах 2000 г., а также чтобы блокировать попытки западных стран установить экономические отношения с Чечней, минуя Москву".

ТРП и г-н Идигов не единственные, кто квалифицируют эту ситуацию столь серьезным образом. Многие достойные уважения комментаторы выражали аналогичные чувства в международных и национальных средствах массовой информации, в том числе и представители Государств-Членов ООН. Подписанный в 1997 г. мирный договор должен был установить основу для отношений между двумя сторонами на период до пяти лет. Видное место в этом договоре занимает международное право, включая принцип самоопределения.

2.2.4.7. Заявление заканчивается следующим призывом: "Чтобы достичь мира, необходимо начать переговоры под строгим международным контролем в качестве гаранта достигнутых соглашений. Переговоры могут быть эффективными лишь с законно избранной в 1997 г. властью во главе с Президентом Асланом Масхадовым. Любые другие меры не будут выражать волю чеченского народа и будут обречены на провал".

Этот призыв к переговорам и активному участию международного сообщества, как это имело место в 1997 г., в контроле над началом мирного политического решения кровавого конфликта, решения, принимаемого двумя сторонами в соответствии с договором 12 мая, вряд ли может противоречить целям и принципам Устава ООН. Этот Устав является ничем иным, как призывом к государствам разрешать противоречия мирными средствами и, где возникает необходимость, с помощью международного сообщества. Сам факт, что Комиссия ООН по правам человека провела, как сказано выше, специальную сессию по ситуации в Чечне, является достаточным доказательством этого.

2.2.4.8. Из вышеприведенного анализа можно сделать вывод, что никакие из вышеупомянутых заявлений не могут быть квалифицированы как пропаганда идей, "полностью несовместимых с целями и принципами Устава ООН". Хотя ТРП хорошо понимает, что некоторые Государства-Члены могут не соглашаться с высказанной в заявлении точкой зрения, и хотя ТРП признает, что использовала весьма сильные выражения, она убеждена, что Комитет поймет, что данное заявление не является необоснованным или политически мотивированным действием, направленным против государства-члена ООН, а также что ни одна часть его не нарушает цели и принципы Устава ООН.

2.2.4.9. ТРП, как и многие другие НПО, часто использовала в своих заявлениях весьма сильные выражения, чтобы привлечь внимание к конкретным ситуациям с правами человека. До 16 мая 2000 г. (дата представления иска Российской Федерации) ни одно Государство-Член ООН не расценивало какие-либо заявления ТРП, представленные в Комиссию ООН по правам человека или в другие органы ООН, как нарушающие принципы, провозглашенные в Уставе ООН. Некоторые сильные заявления вызывали ответную реакцию, однако обычная практика заключалась в высказывании этой реакции в рамках права Государств-Членов на ответ.

2.2.4.10. Наконец, даже если бы это заявление или его части были признаны несовместимыми с некоторыми целями и принципами Устава ООН, пропаганда этих идей по-прежнему не составляла бы нарушения параграфа 57 (а) Резолюции 1996, поскольку они не могут быть признаны "действиями".

2.2.5. ТРП не финансируется и не находится под влиянием средств, полученных от преступной деятельности и не нарушала, тем самым, параграф 57 (а) Резолюции 1996/31.

2.2.5.1. В своем письме от 16 мая 2000 г. уважаемая делегация Российской Федерации предполагает, что направленная против наркотиков, антипрогибиционистская деятельность ТРП представляет собой нарушение статьи 57 (b) резолюции ЭКОСОС 96/31. Параграф 57 (b) гласит, что Консультативный Статус НПО должен быть приостановлен либо НПО должна быть лишена этого Статуса если "имеются обоснованные доказательства того, что организация находится под влиянием средств, источником которых является деятельность, признанная преступной мировым сообществом, такая как незаконная торговля наркотиками, отмывание денег или незаконная торговля оружием".

2.2.5.2. ТРП никогда не получала никаких средств от незаконной международной торговли наркотиками, равно как и от организаций, связанных с подобной незаконной торговлей, как предположил уважаемый делегат Российской Федерации. В действительности, ни Российская Федерация, ни другие члены или наблюдатели Комитета по НПО не представили никаких доказательств для обоснования столь серьезного обвинения. Этот иск должен быть, следовательно, отозван.

2.2.5.3. В интересах полной ясности ТРП тем не менее представила документальные доказательства сущности своей антипрогибиционистской деятельности, показав тем самым, что эта деятельность всегда имела своей единственной целью "предотвращение распространения [психоактивных и психотропных] веществ и исправление последствий незаконной либерализации рынка наркотиков, а также гражданских, политических и социальных последствий недостатков в нынешней системе прогибиционистского законодательства", как указано в параграфе 104 Отчета Комитета. В противоположность выдвинутым обвинениям, целью антипрогибиционистской кампании ТРП никогда не было распространение этих веществ.

2.2.5.4. Как было устно заявлено представителем ТРП 22 июня 2000 г., но не внесено в Отчет о заседании, ТРП руководствуется принципами гандианского ненасилия и его концепции гражданского неповиновения. Она старается в силу этого проводить кампании по тем вопросам, которые не идут вразрез с этой линией. ТРП исповедует антипрогибиционистский подход к различным проблемам, не только к проблеме наркотиков. Например, ТРП верит в свободу слова, активно выступает против цензуры и проводит кампании против нее. ТРП верит в право людей вступать в брак и разводиться и проводила также кампании в пользу этой точки зрения.

2.2.5.5. Что касается наркотиков, ТРП подвергала критике политику, которую проводило и продолжает проводить большинство правительств в отношении наркотиков, и выражала свое несогласие с некоторыми важными положениями международных конвенций по наркотикам. Наибольшей критике подвергался тот факт, что эта правительственная политика и международные конвенции являются неэффективными при предотвращении незаконного распространения наркотиков и извлекающей из этого выгоду деятельности наркомафий. ТРП никогда не относилась к действующему международному законодательству как к "антинаркотическим законам", поскольку считает, что сегодняшнее законодательство не является по-настоящему "антинаркотическим", так как оно не является эффективным средством предотвращения незаконного распространения наркотиков. Собственные действия ТРП также нацелены на противодействие этой преступной и опасной деятельности.

2.2.5.6. Как указывалось в первом письменном ответе, датированном 9 июня 2000 г., ни один член ТРП ни разу не был осужден за акции гражданского неповиновения. В противоположность обвинениям, выдвинутым уважаемым делегатом Российской Федерации 22 июня 2000 г. при опросе представителя ТРП (но не содержащимся в Е/2000/88 (Часть II)), ни один участник демонстраций в Риме и Милане (на которые ссылался делегат от Российской Федерации) не был признан виновным в каком-либо из деяний, о которых говорил делегат от Российской Федерации. Особый интерес представляет случай одного из участников, г-на Марко Паннеллы (Marco Panella), дело против которого было прекращено судом, принявшим во внимание смягчающие обстоятельства, никогда ранее не рассматривающиеся в подобных случаях итальянскими судами. Сняв обвинение с г-на Паннеллы, суд постановил, что "в отношении Марко ПАННЕЛЛЫ должны быть приняты во внимание смягчающие обстоятельства, предусмотренные статьей 62.1 Уголовного Кодекса, поскольку мотивы его действий имели большую общественную значимость" (См. Приложение 7 - полный параграф, Приложение 8 - принятое итальянским Кассационным судом решение о декриминализации не связанных с насильственными действиями и связанных с наркотиками правонарушений).

2.2.5.7. Сегодняшняя международная политика в области наркотиков и прогибиционистское законодательство большинства стран потерпели явное поражение. Эту ситуацию можно изменить или улучшить различными способами. Мы осознаем, что некоторые люди поддерживают нас, а другие не соглашаются с предлагаемыми нами решениями и методами, которые мы используем для привлечения внимания к этой проблеме. Однако то, что мы придерживаемся отличной точки зрения на пути эффективной борьбы с незаконной торговлей наркотиками, не составляет нарушения Статьи 57 (b) Резолюции 1996/31.

2.2.5.8. Эту точку зрения на заседании Комитета высказывали также некоторые Члены и наблюдатели. В Отчете цитируется высказывание одного из Членов Комитета, указавшего, что его правительство не разделяет принципы политики в области наркотиков, предлагаемой ТРП, но другие европейские правительства разделяют их. Он добавил, что "выступления за легализацию наркотиков не являются нарушением резолюции 1996/31" (Параграф 105 Отчета).

2.2.5.9. По вышеуказанным причинам ТРП считает, что обвинение ТРП в нарушении параграфа 57 (b) Резолюции 1996/31 необоснованно и должно быть отозвано или отклонено.



2.3. ПАРАГРАФЫ 105 И 106 ОТЧЕТА

2.3.1. Параграф 105 Итогового Отчета содержит два новых обвинения, представленных уважаемым делегатом Российской Федерации во время устных дебатов на 759-м, 760-м и 763-м заседаниях. Первое относится к предположительным нарушениям ТРП принципов, содержащихся в Конвенции о правах ребенка, а также в других соответствующих международных актах, путем ведения "международной кампании против предотвращения педофилии и детской порнографии в Интернете". Второе заключается в утверждении, что ТРП в действительности является не неправительственной, а политической организацией.

2.3.2. В параграфе 105 также содержатся комментарии Членов Комитета по вышеупомянутым вопросам: один из членов указал, что выступления в защиту легализации наркотиков не являются нарушением резолюции 1996/31, и необходимо представить доказательства того, что ТРП защищает незаконную торговлю наркотиками, а также доказательства того, что эта организация имеет отношение к педофилии и детской порнографии.

2.3.3. В Параграфах 105 и 106 Отчета указывается, что многие делегации, включая членов Комитета, считают, что ответ ТРП удовлетворителен. Согласно Отчету, "один член Комитета указал, что ТРП признала свою ошибку и принесла за нее извинения". Некоторые другие делегации, согласно Отчету, "считают, что извинений недостаточно, особенно если организация виновна в совершении действий, упомянутых делегацией Российской Федерации".

2.4. ОТВЕТЫ ТРП НА ВОПРОСЫ, ПОДНЯТЫЕ В ПАРАГРАФАХ 105 И 106

2.4.1. ТРП не нарушила принципы Конвенции по правам ребенка.

2.4.1.1. Уважаемый делегат Российской Федерации заявил, что ТРП нарушила принципы, содержащиеся в Конвенции по правам ребенка и других соответствующих актах. Необходимо ответить, что ни в Параграфе 105 Отчета, ни в документе, пересланном ТРП по факсу 11 июля 2000 г., не указано, какие именно принципы Конвенции по правам ребенка и какие положения "других соответствующих актов" были нарушены ТРП.

2.4.1.2. ТРП повторяет, что она решительно выступает против всех форм сексуальных посягательств и эксплуатации детей и принимала и принимает активное участие в кампаниях за предотвращение этих посягательств и наказание виновных в этом.

2.4.1.3. Приверженность ТРП принципам, содержащимся в Конвенции по правам ребенка также следует из выступления ТРП на 52-й сессии Подкомиссии по защите и утверждению прав человека в августе 2000 г. по 11 Пункту Повестки дня: "положение с утверждением, полной реализацией и защитой прав детей и молодежи в связи с проблемой увечий, причиняемых женским гениталиям ("FMG"). (Приложение 9). Более того, 15 августа 2000 г., учитывая, что согласно подразделу 3 статьи 24 Конвенции по правам ребенка (1989 г.) Государства-Члены по закону обязаны осуществлять защиту девочек от практики FMG, а также что они обязаны действовать совместно с целью искоренения этой практики, ТРП посетила показ фильма по этой теме, организованный для Делегатов, НПО и прессы. Видеофильм был представлен д-ром Олайинка КОСО-ТОМАСОМ (Olayinka KOSO-THOMAS) из Нигерии, проживающим в Сьерра-Леоне, Вице-президентом (англоязычным) Интер-Африканского Комитета по традиционным практикам, наносящим ущерб здоровью женщин и детей. Документальный фильм Эстер ХЕЛЛЕР (Esther HELLER) рассказывал о риске для здоровья, связанном с практикой FMG.

2.4.1.4. ТРП внесла на 56-ю сессию Комиссии по правам человека заявление по 13 пункту повестки дня (права ребенка), сделанное г-жой Реджиной Лоуф (Regina Louf), женщиной, которая, будучи ребенком, стала жертвой сексуальных посягательств. В этом заявлении (Приложение 2) она привлекла внимание к нежеланию некоторых систем правосудия в Европе адекватно вести подобного рода дела. В отчете приводится лишь небольшая часть ответа ТРП относительно обвинений в педофилии и детской порнографии, например, это заявление не упоминается вообще.

2.4.1.5. На этой же сессии Комиссии делегация ТРП, включающая достопочтенного Оливье Дюпюи (Olivier Dupuis), члена Европарламента, генерального секретаря ТРП, Марко Пердука (Marco Perduca), представителя ТРП в ООН, г-жу Реджину Лоуф (Regina Louf) и Дагласа Деконика (Duglas Deconick), фламандского журналиста, провела встречу с г-жой Офелией Кальсетас-Сантос (Ofelia Calcetas-Santos), Специальным Докладчиком по вопросу о торговле детьми, детской проституции и детской порнографии, для обсуждения вопросов, относящихся к "Докладу о поездке Специального Докладчика в Бельгию и Нидерланды по вопросу о коммерческой сексуальной эксплуатации детей (30 ноября - 4 декабря 1998 г.)". Во время встречи делегация вручила г-же Кальсетас-Сантос досье по этому вопросу (Приложение 10, индекс досье: www.radicalparty.org/belgium/index.htm.)

2.4.1.6. ТРП считает необходимым бороться с таким преступлением, как педофилия. Она предпринимает различные инициативы для разоблачения преступной деятельности в этой сфере в Европе, а также исследования таких способов борьбы с этим видом преступлений, которые действительно защищали бы детей от сексуальных посягательств. ТРП считает, что меры, предпринимаемые в настоящее время большинством правительств, например, в отношении Интернета, концептуально ошибочны, прежде всего потому, что не способны оградить детей, находящихся в зонах наибольшего риска, или наказать истинных виновников. 98% случаев сексуальных посягательств совершаются членами семьи или другими близкими ребенку людьми. Именно на эти случаи необходимо обращать наибольшее внимание, а виновные должны быть преследуемы в уголовном порядке. Слишком часто дети остаются без защиты и оказываются жертвами именно потому, что полиция и суды не склонны верить детям, когда те заявляют, что подверглись сексуальным посягательствам со стороны знакомых им людей.

2.4.1.7. Борьба ТРП против предлагаемых в Италии законов, запрещающих использование Интернета для публикации порнографических и педофилических материалов и информации, ни в коей мере не может быть расценено ни как поддержка педофилии или детской порнографии, ни как нарушение принципов Конвенции по правам ребенка. Напротив, этой своей кампанией ТРП стремится донести до общественности две важные идеи: первая - это идея о свободе слова: нельзя бороться с преступностью, ограничивая свободу слова. Интернет является одним из важнейших средств коммуникации в современном мире и в принципе не должен подвергаться цензуре. Вторая - сексуальные посягательства на детей являются серьезным преступлением и бороться с ним тоже следует серьезно: это делается не путем введения цензуры в Интернете, а посредством борьбы с источником этих преступлений, с лицами, совершающими сексуальные посягательства. Как говорилось выше, исследования показывают, что сексуальные посягательства совершаются не людьми, вошедшими в контакт с ребенком через Интернет, а в 98% случаев - членами семьи или другими близкими ребенку людьми. Именно такова ситуация, с которой необходимо иметь дело. Конечно, значительно удобнее разбираться с обезличенным "Интернетом", чем с проблемой, затрагивающей интересы такого количества людей, включая высшие политические круги. Тем не менее, до тех пор, пока мы не доберемся до корней этой проблемы, за что выступает ТРП, дети будут продолжать оставаться жертвами. ТРП настаивает на этом, и мы не понимаем, как подобная позиция может быть истолкована как поддержка педофилии или нарушение принципов Конвенции по правам ребенка, которые ТРП полностью поддерживает. См. также интервью ТРП от 09.09.00 в Financial Times (Приложение 11).

2.4.2. ТРП является НПО, отвечающей всем требованиям Консультативного Статуса при ЭКОСОС.

2.4.2.1. Уважаемый делегат от Российской Федерации обвинил ТРП в том, что она является "не неправительственной организацией, а политической партией", добавив новые обвинения к тем, которые содержались в первоначальном иске, поданном в мае 2000 г. В отчете не представлено никаких доказательств, подтверждающих это обвинение.

2.4.2.2. В момент подачи ТРП заявления на получение Консультативного Статуса при ЭКОСОС в мае 1994 г., ТРП должна была представить как письменно, так и устно убедительные свидетельства характера организации, ее неправительственного статуса и соответствия требованиям получения Консультативного Статуса при ЭКОСОС. ТРП представила в Комитет большое количество информации, и Члены Комитета были полностью удовлетворены ее соответствием требованиям, необходимым для получения Консультативного Статуса высшей категории. Члены Комитета всегда могут обратиться к этим документам, если у них возникнут какие-либо сомнения относительно характера организации и ее соответствия требованиям Консультативного Статуса при ЭКОСОС.

2.4.2.3. ТРП не является политической организацией. В параграфе 109 приводятся ответы представителя ТРП, и мы считаем уместным включить их в полный ответ с комментариями в скобках. "Представитель организации ответил, что ни один член организации никогда не находился на государственной службе (в качестве члена ТРП). Отдельные лица, вступившие в организацию, никогда не использовали ее платформу для соискания должности на государственной службе. Членом организации действительно был депутат итальянского парламента, однако относительно это конкретного случая решение об аккредитации и официальном статусе принималось на Совете директоров. Если какие-либо лица отступали от политики ненасилия, присущей организации, она обычно дистанцировалась от этих лиц".

2.4.2.4. ТРП тем самым считает, что статус ТРП не должен являться предметом разбирательства. Более того, ТРП считает, что даже если бы предположение, сделанное уважаемым делегатом от Российской Федерации оказалось бы доказанным (хотя в Отчете не приводится никаких доказательств), это не представляло бы собой нарушения Резолюции 1996/31 ЭКОСОС и, следовательно, не имело бы отношения к рассмотрению данного случая на Комитете.

2.4.3. Извинения ТРП относительно того, как представился г-н Идигов, не означают, что ТРП считает обоснованными прочие выдвинутые против нее обвинения.

2.4.3.1. Согласно отчету, "один из членов Комитета указал, что ТРП признала свою ошибку и принесла за нее извинения". Некоторые другие делегации, согласно отчету, "считают, что извинений недостаточно, особенно если организация виновна в совершении действий, упомянутых делегацией Российской Федерации".

2.4.3.2. Как указывалось ранее, ТРП признала неуместность того, как представился г-н Идигов на заседании Комиссии по правам человека, поскольку он заявил, что является представителем Президента Масхадова, в то время как он, несомненно, выступал от имени ТРП (о чем он также ясно заявил в начале своего выступления, после замечания по порядку ведения, сделанного делегацией Российской Федерации в Женеве). ТРП вновь принесла извинения за этот случай в своем предварительном письменном ответе Комитету, и еще раз принесла извинения устно в своем заявлении на Комитете в июне этого года.

2.4.3.3. ТРП не признала обоснованными никакие другие обвинения, кроме указанного в предыдущем параграфе (2.4.3.2.). Напротив, ТРП представила обширные доказательства того, что она не виновна ни в каких других нарушениях, в которых ее обвинил уважаемый делегат Российской Федерации.

2.4.3.4. Точка зрения некоторых делегатов, приведенная в Параграфе 106 и процитированная выше, относительно того, что извинений недостаточно "особенно если организация виновна в совершении действий, упомянутых делегацией Российской Федерации", удивляет и заставляет задать следующие вопросы:

а. считает ли Комитет извинения, принесенные ТРП за то, как неуместно представился г-н Идигов, достаточными в свете данного конкретного нарушения правил?

b. считает ли Комитет, что ему были представлены достаточно убедительные доказательства для того, чтобы счесть предъявленные уважаемым делегатом Российской Федерации обвинения подтвержденными, а вердикт "виновен", вынесенный Комиссией - обоснованным?

С нашей точки зрения, на первый вопрос ответ должен быть положительным, так как такова постоянная практика Комиссии ООН по правам человека и самого Комитета. На наш взгляд, на второй вопрос ответ должен быть отрицательным, поскольку ничто в Отчете не показывает, что делегацией Российской Федерации были представлены какие-либо доказательства, подтверждающие выдвинутые этой делегацией против ТРП обвинения. ТРП, напротив, представила многочисленные доказательства своей невиновности и неправомочности выдвинутых против нее обвинений.

2.5. КОММЕНТАРИИ К ПАРАГРАФАМ 107-109

2.5.1. Параграф 107

2.5.1.1. Параграф 107 содержит отчет об ответах, данных Представителем ТРП на вопросы Членов Комитетов 21 июня 2000 г. В этом параграфе отмечается, что Представитель ТРП "подтвердил, что г-н Идигов, аккредитованный организацией представитель, никогда не был членом никаких сепаратистских групп. [Г-н Идигов] был одним из лидеров команды, которая вела переговоры с российским правительством и достигла мирного договора в 1997 г." Это совершенно верно. Но затем в параграфе цитируются слова представителя ТРП, заявившего: "Чеченская Платформа никогда не выступала за отделение или независимость какой-либо провинции где-либо в мире"". В противоположность тому, что содержится в этом параграфе отчета, Представитель ТРП никак не упоминал "Чеченскую Платформу" и не имеет точки зрения, отличной от точки зрения ТРП.

2.5.1.2. Соответствует действительности, как утверждается в параграфе 107, то, что Представитель ТРП "подтвердил позицию своей организации, упомянутую в письме, адресованном Комитету [и что] он заявил, что политика ТРП направлена на реформу законов о наркотиках, а также на борьбу с международной преступностью", однако неточным является утверждение, что Представитель ТРП использовал термин "антинаркотические законы", как указано в этом параграфе. В действительности, как указано выше в 2.2.5.5., ТРП никогда не использовала прилагательное "антинаркотический" применительно к законам, имеющих отношение к наркотикам, соответственно, оставшаяся часть предложения в Параграфе 107 не имеет смысла.

2.5.2. Параграфы 108 и 109

2.5.2.1. В параграфе 108 сообщается, что "многие делегации посещали вебсайт организации" и что "одна делегация заявила, что на сайте даются прямые ссылки на подпольные организации, угрожающие суверенитету ее страны и интересовалась, предполагает ли политика НПО подобного рода деятельность". Необходимо отметить, что после заседания Комитета, на которым был поднят этот вопрос, ТРП немедленно тщательно проверила свой вебсайт на предмет наличия несоответствующих ссылок. Все ссылки на группы, оправдывающие применение насилия, были устранены, а в разделе, посвященном меньшинствам, помещено редакционное заявление, информирующее, что ТРП не несет ответственность за содержание сайтов, ссылки на которые даются на ее вебсайте, и не разделяет взглядов, высказываемых в этом разделе. Список приведен исключительно для информативных целей. Распечатки новых страниц сайта были на следующий день вручены делегациям в Нью-Йорке. (Приложение 12).

2.5.2.2. Далее в параграфе 108 сообщается, что "другой делегат обнаружил на сайте статью, в которой содержались "угрозы свергнуть режим в Коммунистическом Китае". Кроме того, в статье было сказано, что достигнуть свободы в этой стране - значит свергнуть Коммунистическую партию. Он интересовался, не связана ли эта организация (ТРП) с какими-либо группами, намеревающимися свергнуть правительство государства-члена ООН". Эта цитата точно излагает соответствующие вопросы, поставленные на Комитете, однако ответы на эти вопросы, данные представителем ТРП, не включены в Итоговый Отчет. Представитель ТРП подчеркнул, что обсуждаемая статья представляет собой интервью с китайским политиком-диссидентом, а не заявление ТРП как таковой, и что ни этот диссидент, ни ТРП не связаны с какими-либо движениями, ставящими своей целью свержение правительства Китая.

2.5.2.3. Параграф 108 содержит изложение еще одного вопроса, поставленного перед представителем ТРП, однако опущено изложение ответа представителя ТРП, данного на 762-м заседании Комитета. Нам представляется, что этот ответ должен быть включен в полный ответ, чтобы лучше объяснить точку зрения ТРП на различные международные проблемы и права человека. Вопрос касался "законодательной правоспособности" ТРП. Как и многие другие зарегистрированные в Италии организации, ТРП в 1994 г. участвовала в представлении нескольких "народных" законопроектов относительно политики по отношению к наркотикам и ВИЧ/СПИДу. "Народный" законопроект - это проект закона, предложенный группой частных граждан, который должен быть поддержан по крайней мере 50 000 итальянских избирателей с пассивным избирательным правом, после чего он может быть представлен в компетентные парламентские комитеты для дальнейшего обсуждения в Палате Депутатов. Из этого краткого разъяснения понятно, что представление "народного" законопроекта в Италии не влечет за собой законодательной правоспособности.

2.5.2.4. Последний вопрос, рассматривающийся в Параграфе 108, - это вопрос, поставленный уважаемым делегатом от Республики Индия, который высказал сомнение относительно некоторых ссылок в документе, обнаруженном на вебсайте ТРП, касающихся сепаратистских повстанческих групп в Индии, которые, по словам этого делегата, "не основаны на фактах и отражают неуважение организации к принципам Устава". В Итоговом Отчете утверждается, что представитель ТРП ответил, что ему ничего не известно о подобных ссылках на вебсайте. Как показано выше (в 2.5.2.1.), с того момента вебсайт был проверен и видоизменен для обеспечения того, чтобы ТРП не воспринималась как организация, поддерживающая неуместные заявления, сделанные другими организациями и группами, и не ассоциировалась с любыми формами защиты приверженцев насильственных действий. Как точно указано в Параграфе 109 Итогового Отчета, представитель ТРП "подчеркнул, что организация не поддерживает сепаратизм или свержение правительств насильственным путем в каком бы то ни было регионе мира". Таковой позиция ТРП остается и поныне.

2.5.2.5. ТРП не считает, что эта информация или какой-либо из этих материалов указывает на неуважение по отношению к принципам Устава ООН.

2.5.2.6. Далее в Параграфе 109 излагается ответ, данный Представителем ТРП относительно предполагаемого "политического" характера организации. Данный вопрос уже изложен выше, в 2.4.2.

2.6. КОММЕНТАРИИ К ПАРАГРАФАМ 110-117 ОТНОСИТЕЛЬНО РЕШЕНИЯ КОМИТЕТА

2.6.1. В Параграфах 110-117 излагается дискуссия о решении, принятом Комиссией относительно запроса уважаемого представителя Российской Федерации о лишении ТРП Консультативного Статуса.

В Параграфе 110 Отчета утверждается, что 23 июня один из членов Комитета "понял, что в Комитете существует весьма сильное желание принять решение о лишении ТРП консультативного статуса консенсусом". Далее в параграфе говорится, что "тем не менее, если в рассматриваемом вопросе консенсус невозможен, [тот же самый член Комитета] предложил проголосовать за приостановление консультативного статуса организации на трехлетний срок". В Параграфе 111 сообщается, что представитель Российской Федерации заявил, что его делегация "потребовала лишить организацию статуса, поскольку эта НПО нарушила принципы, регулирующие отношения с ООН". В отчете далее цитируются слова этого же самого представителя, заключившего, что он "тем не менее присоединится к консенсусу и поддержит решение о приостановлении консультативного статуса организации на три года. Это действие даст ясно понять, что все НПО должны исполнять принципы резолюции 1996/31 и положения Устава ООН". Затем в Параграфе 112 просто сообщается, что "Комитет рекомендовал приостановить консультативный статус организации на три года".

2.6.2.1. В эти параграфах имеются очевидные противоречия относительно того, консенсусом или голосованием была принята рекомендация о трехлетнем приостановлении статуса. Насколько мы понимаем, решение все же было принято консенсусом.

2.6.2.2. Наиболее поразительным и важным в этих трех параграфах является то, что они не раскрывают ничего относительно причины или причин принятия решения рекомендовать приостановить на три года консультативный статус ТРП. Указывается, что уважаемый представитель Российской Федерации заявил, что "эта НПО нарушила принципы, регулирующие ее отношения с ООН". Какие принципы нарушила ТРП? Какие из обвинений, выдвинутых Российской Федерацией в письме от 15 мая 2000 г., Комиссия сочла подкрепленными фактами, признаниями, доказательствами? Какие были сочтены необоснованными и отклонены? На данный момент Отчет оставляет эти вопросы без ответа.

2.6.3. Параграфы 113-117

Если в параграфах 110-112 не представлены причины, приведшие к решению Комитета, остающиеся параграфы Итогового Отчета, имеющие отношение к ТРП (Параграфы с 113 по 117), проливают на этот вопрос не больше света. Из этих параграфов вытекает, что никакого решения не должно было быть принято, поскольку между членами Комитета не было согласия относительно того, нарушила ли ТРП соответствующие положения резолюции, регулирующие консультативный статус организации. Действительно, из Отчета становится ясно, что не было представлено и, тем более, принято никаких доказательств, показывающих, что ТРП нарушила резолюцию 1996/31.

2.6.3.1. Представитель Франции заявил, что резолюция 1996/31 недвусмысленна, "и что мера наказания в виде приостановки статуса является излишне суровой и непропорциональна совершенному проступку". (Параграф 113). Необходимо уточнить, что "проступок", о котором идет речь - это то, что г-н Идигов заявил, что является представителем Президента Масхадова, поскольку никакой другой "проступок" не был признан или доказан в ходе заседаний. Обычно бывает достаточно принесенных за подобную ошибку извинений.

2.6.3.2. Далее цитируется представитель Германии (Параграф 114), в первую очередь заявивший, что Германия полностью подписывается под заявлением французской делегации; затем сообщается, что он заявил, что его делегация "присоединяется к консенсусу с оговорками" и "не без колебаний", поскольку поддерживает принцип, согласно которому решения Комитета должны приниматься консенсусом. Германская делегация пояснила, что по делу ТРП "обсуждение не было исчерпывающим" и что у Комитета "не было возможности проверить информацию по новым обвинениям, которые были выдвинуты только вчера". Германия также подчеркнула, что поскольку ТРП "принесла и письменные, и устные извинения относительно проступка одного из своих делегатов... [и] представитель этой НПО весьма убедительно отвечал на вопросы Комитета... наказание в виде приостановки консультативного статуса сроком на три года представляется нам слишком суровым".

2.6.3.3. Далее цитируется утверждение представителя Соединенных Штатов (параграф 115), заявившего, что его делегация "не присоединяется к консенсусу по этому вопросу". Представитель США повторил, что ТРП письменно и устно извинилась за ошибку в заявлении г-на Идигова и что ТРП приняла меры для исправления других ошибок, признанных ее представителем в ходе дискуссии. (предположительно, речь идет о вопросе относительно интернет-сайта ТРП). Далее, относительно выдвинутых Россией обвинений в связях с наркоторговлей этот представитель заявил, что его делегация считает, "что эта организация не связана с тем, что можно было бы назвать коммерческими преступными структурами. Их деятельность, хотя и весьма необычная, скорее может быть квалифицирована как рекламный трюк".

2.6.3.4. Наконец, следуют комментарии двух делегаций-наблюдателей: первая (изложено в Параграфе 116) заявила, что "не похоже, что иск против ТРП составляет нарушение резолюции ЭКОСОС 1996/31. Целью предоставления НПО консультативного статуса было предоставление им возможности делать заявления, какими бы критическими они ни были по отношению к Государствам-Членам ООН". Вторая (изложено в Параграфе 117) "осведомилась, имеются ли примеры злоупотреблений, допущенных организацией в нарушение принципов Устава". Необходимо отметить, что согласно Статье 57 (b) Резолюции 1996/31, для приостановления статуса должны быть представлены таковые примеры.

2.6.4. Вышеприведенные комментарии относительно решения Комитета являются единственными, включенными в Отчет. Во всех этих комментариях высказываются критические замечания или выражается несогласие с решением приостановить на три года консультативный статус ТРП. Ни в одном не высказано одобрение или поддержка этого решения. Согласно отчету, не было сделано ни одного заявления относительно принятого решения (исключая требование о лишении статуса, сделанное представителем истца, Российской Федерации). Тем самым, Итоговый Отчет проливает свет лишь на причины, по которым консультативный статус ТРП НЕ ДОЛЖЕН быть приостановлен. И не приводит никаких причин, по которым он должен быть приостановлен.

3. ЗАКЛЮЧЕНИЕ

3.1. В письме, направленном представителю ТРП, г-ну Пердуке 11 июля 2000 г., Глава Секции НПО г-жа Ханифа Мезуи утверждала, что рассмотренные выше параграфы Отчета Комитета (параграфы со 101 по 117) "содержат в себе и составляют письменные обоснования для рекомендации Комитета Экономическому и Социальному Совету" относительно приостановления консультативного статуса ТРП. Письмо информирует г-на Пердуку, что, "как следует из параграфа 56 резолюции ЭКОСОС 1996/31, организация, после получения письменных обоснований принятого Комитетом решения, "будет иметь возможность представить свой ответ для соответствующего рассмотрения Комитетом в как можно более сжатые сроки".

Вышеприведенная дискуссия вне всякого сомнения показывает, что в действительности Отчет не содержит письменных обоснований, в смысле параграфа 56 резолюции 1996/31, для принятия решения о приостановлении консультативного статуса ТРП на три года. Следовательно, ТРП не была предоставлена возможность дать ответ на эти письменные обоснования. Тем самым, не были выполнены требования резолюции 1996/31.

3.2. Несмотря на невыполнение требований параграфа 56 резолюции 1996/31 со стороны ООН, ТРП попыталась провести анализ всего Отчета, присланного г-жой Ханифой Мезуи, и представить Комитету настолько полный ответ (или комментарий), насколько только было возможным, учитывая неубедительность документа. Этот анализ, по нашему мнению, может привести лишь к одному выводу:

У Комитета не хватает доказательств для принятия решения о нарушении ТРП Статьи 57 (а) или (b) резолюции ЭКОСОС 1996/31. Отчет показывает, что все обвинения, выдвинутые представителем Российской Федерации, за исключением ошибочного заявления г-на Идигова на 56-й сессии Комиссии ООН по правам человека, являются необоснованными и, тем самым, остаются предположениями и ничем больше.

3.3. ТРП не может понять, как может оставаться в силе рекомендация Комитета, содержащаяся в Параграфе 112 Отчета.

Вследствие этого ТРП со всем уважением просит Комитет, после рассмотрения этого ответа и пересмотра дела (которое, согласно Параграфу 56 Резолюции 1996/31, должно иметь место после получения Комитетом ответа на письменные обоснования для принятия решения), постановить принять извинения, принесенные ТРП за ошибку, допущенную ее делегатом в ходе 56-й сессии Комиссии ООН по правам человека, и полностью отклонить оставшуюся часть иска.